Коммунисты Миасса без Зюганова Объединенная коммунистическая партия
Пятница, 28.07.2017, 11:44
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | Регистрация | Вход
Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Наша газета



Миасс 

Главная » 2015 » Сентябрь » 30 » Чёрные дни октября 93...
18:32
Чёрные дни октября 93...
От редакции kprf-miass.ucoz.ru: Это интервью мы публиковали впервые семь лет назад. Его автор в те трагические дни находился в Москве. На днях нам удалось встретиться с автором и получить его согласие на новую публикацию. При этом автор особо подчеркнул, что он подтверждает все свои оценки и выводы, данные в 2008 г.

«Путчем называется
неудавшийся государственный переворот.
Удавшийся переворот
называется поэтапной конституционной
реформой»

Из анекдота политологов

Корр.: - Пятнадцать лет назад, 3-4 октября 1993 года, в Москве произошли траги­ческие события, которые сегодня оценивают по-разному. Что для вас эти события?
А.А.Борисов, политолог: 3-4 октября 1993 года произошло массовое убийство русских патриотов, ознаменовавшее победу антикоммунистической контрреволюции в России.

Корр.: - Давайте вспомним, что было причиной событий 3-4 октября 1993 г.
А.А.: - Летом 1993 года произошёл второй раскол в среде так называемых реформаторов (первый был в 1991 г.), возникла оппозиция к ельцинской правящей клике. Это был сложный процесс, в котором переплелись самые различные линии и причины. Первое – это общее недовольство в стране ельцинской политикой, тяжёлое положение большинства населения, рост преступности, моральное разложение молодёжи и т.д. Разумеется, это не могло не отразиться и на умонастроениях самих реформаторов – они всё-таки люди, положение в стране и их не оставляло равнодушными.

Второе: в среде самих причастных к власти реформаторов далеко не все попали в число избранных. Происходило неизбежное разделение на враждующие группы. Не допущенные «до кормушки» выплывали в роли критиков и разоблачителей пороков и преступлений избранной части правителей. Это – общий закон жизни человеческих объединений.

И третье. Оппозиция нужна была правящей клике, чтобы оправдать свою политику, терпящую крах, чтобы оправдать своё существование и поддержать репутацию спасителей демократии «от красно-коричневой чумы», ельцинская клика нуждалась во враге, которого можно было бы изобразить в самых мрачных красках как угрозу реставрации коммунистического режима. И если бы оппозиция не возникала по другим линиям, её бы просто изобрели специально.

Данная оппозиция сосредоточилась в Верховном Совете и около него, приняв форму оппозиции законодательной власти (парламента) к власти президента, то есть к исполнительной власти, стремившейся к власти абсолютной. Одно это делало её уязвимой – она невольно превращала орган власти в нечто вроде политической партии.

Оппозиция была слабой, раздробленной. У неё не было своей чёткой позиции, она фактически всё время шла на поводу у президентской команды. Сам пост президента был учреждён на Съезде депутатов. Хотя это и произошло с седьмого захода, тем не менее депутаты сами способствовали учреждению потенциального диктаторского режима.

Корр.: - Была ли возможность в тот период отстранить президента Ельцина от власти?
А.А.: - Были многочисленные поводы отстранить Ельцина от должности президента на законных основаниях. Но каждый раз его спасали лидеры оппозиции Хасбулатов (председатель Верховного Совета), Руцкой (вице-президент) и другие. Лидеры оппозиции фактически были фигурами, управляемыми президентской командой. Все надеялись на возвращение в окружение президента.

Например, в разгар трагических событий Верховный Совет не обратился к народу. Он не потребовал от высших лиц армии взять под охрану Дом Советов – «Белый Дом». Руководство Верховного Совета не приняло предложение некоторых воинских частей выступить на защиту Конституции и Родины.

Хотя лидеры оппозиции были во многом люди Ельцина, президентская команда настойчиво превращали их во врагов. Поэтому оппозиции всеми средствами пропаганды создавали ложную репутацию фашистов, национал-социалистов, коммунистов и т.п. И делалось всё для того, чтобы эта репутация выглядела правдоподобно.

Корр.: - Как начинались трагические события 1993 года?
А.А.: - Провокация тщательно готовилась по сценарию августа 1991 года, причём на вы­соком профессиональном уровне, который был бы недостижим для президентской клики без посторонней квалифицированной помощи. Организаторы провокации намеревались, как и в 1991 году, локализовать конфликт на «пятачке» перед Белым Домом. Очевидно было, Что именно этого следовало избежать. И была такая возможность: Новосибирск, находившийся в оппозиции к президенту Ельцину, предложил провести съезд народных депутатов у себя. Там депутаты были бы недостижимы для президентских погромщиков. Но лидеры оппозиции отказались от такой возможности!

21 сентября 1993 года начался заключительный этап контрреволюции: в этот день был опубликован указ президента за № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в РФ». Сущность его заключалась в том, что президент узурпировал власть в стране, разгоняя законно избранную высшую власть (Верховный Совет) и ликвидируя Конституцию. Все регионы России признали указ преступным. Сибирь пригрозила экономической блокадой. Намеченное на 4 октября заседание Совета Федерации собиралось потребовать отмены преступного указа и проведения одновременных выборов парламента и президента.

Верховный Совет, а затем и Съезд народных депутатов на вполне законных основаниях (решение Конституционного Суда) отстранили Ельцина от должности президента. Но смещённый с поста президент игнорировал всё это. В ответ он фактически арестовал (блокировал) весь Верховный Совет, то есть совершил беспрецедентное государственное преступление! И сделал он это под бурные аплодисменты и одобрительные вопли на Западе!

Корр.: - О событиях 3-4 октября 1993 года в России пишут очень мало, а на Западе и вообще ничего не слышно. Почему?
А.А.: - Да, эти события сознательно замалчивают, игнорируют или занижают до уровня приведения к порядку неких преступников. В западных средствах массовой информации привыкли в одну кучу сваливать разнородные явления, дабы легче было фальсифицировать реальные события в интересах идеологии и пропаганды. Так и в данном случае всех, кто как-то был причастен к обороне Дома Советов, изобразили как однообразную массу врагов: коммунистов, фашистов, националистов и т.п.

А между тем тут следует различать по крайней мере два принципиально различных феномена:
1) тех, кого представляли Хасбулатов и Руцкой;
2) добровольцев, лишь волею случая оказавшихся вместе с ними.

Их роль в событиях различна. Различна их судьба. Одни из них разыгрывали политический спектакль, предали добровольцев, которые восстали на самом деле. Их лидеры клялись погибнуть, но не сдаться. Они не сдержали клятву: и не погибли, и сдались без боя.

Другие же с голыми руками шли на танки, пушки, автоматы. Несколько дней подряд их избивали и убивали. Убивали лучших сынов и дочерей России, посмевших выступить против врагов их Родины. Они погибали под аплодисменты и улюлюканье чужеземной и доморощенной мрази. Милиция, которая должна была бы бороться против настоящих преступников, за плату в долларах с чудовищным изуверством уродовала своих соотечественников. Армия, которая должна была бы защищать Родину от оккупантов, за плату и награды превратилась в полицейскую силу и стала убивать безоружных защитников Родины.

В событиях 3-4 октября 1993 года произошло наложение двух различных и даже враждебных явлений, а именно: борьбы группировок в системе власти – и народного восстания.

Слово «народное» не должно вводить в заблуждение. Хотя в массе населения назрело недовольство политикой ельцинской клики, но открыто восстали лишь немногие представители народа, одиночки. Они выразили умонастроение масс. Массы же остались пассивными, а значительная их часть даже проявила враждебное отношение к восставшим. Это вполне в духе российских традиций. В России всегда лишь одиночки осмеливались говорить правду вслух и открыто поступать по совести. И на них обрушивались все, включая и тех, ради которых эти одиночки жертвовали своим благополучием, свободой и жизнью.

Миллионы людей смотрели телевизионные передачи о расстреле защитников «Белого Дома». Миллионы видели, как зверски избивали и убивали их соратников, дерзнувших восстать против врагов их Отечества, – и не бросились на улицы помешать расправе. А ведь выбежали бы несколько сот тысяч человек – голыми бы руками задавили палачей. Но выбежали те, кто аплодировал палачам. Контрреволюция завершилась под аплодисменты тех, кто фактически стал хозяином общества.

Корр.: - А не есть ли это результат страха и обмана народа?
А.А.: - Не думаю. Говорить сегодня о каком-то мифическом народе бессмысленно. Что такое теперь народ? Те, кто отдавал приказ убивать защитников «Белого Дома», есть часть народа. И защитники «Белого Дома» - часть народа. И убивавшие их солдаты и милиционеры – часть народа. И начавшие «перестройку» высшие руководители КПСС - часть народа. И жулики из «теневой экономики» - часть народа. Рабочие и крестьяне тоже часть народа.

И какую же роль они сыграли в те трагические дни, например, интеллигенция?! Сразу же после расстрела «Белого Дома» 5 октября в газете «Извести» было опубликовано письмо группы известных российских писателей. Холуйские и кровожадные письма, которые советские интеллектуалы писали Сталину в 30-е годы с просьбой расправляться с «врагами народа», выглядят наивно по сравнению с этим письмом. Это беспримерное по подлости, кровожадности и цинизму письмо не было вынуждено некими принудительными причинами, - напротив, оно явилось проявлением доброй воли авторов, т.е. проявлением их подлинной натуры.

Корр.: - Не напомните их имена?
А.А.: - Всех не помню, но ряд известных имён назову: В.Быков, А.Адамович, Д.Гранин, Б.Ахмадуллина, Д.Лихачёв, Б.Окуджава, В.Астафьев, А.Кушнир, Б.Васильев, Р.Рождественский, Ю.Карякин, А.Нуйкин и прочие. Авторы письма называли повстанцев убийцами (хотя убивали их!), фашистами и т.п. Они благодарили бога за то, что армия, органы правопорядка расправились с защитниками «Белого Дома». Призывали президента запретить все виды коммунистических партий, запретить оппозиционные газеты. И эти писатели – тоже часть народа.

Одним словом, контрреволюция имела в России глубокие социальные опоры. В результате контрреволюции эти опоры не ослабли, а. наоборот, укрепились. Всё то, что было самого грязного, подлого и низменного в российском народе, как в фокусе сконцентрировалось и проявилось в его поведении в эти решающие мгновения истории 3-4 октября 1993 года.

Народ России сам подписал себе этим поведением исторический приговор.
Просмотров: 102 | Добавил: yra | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Поиск
Календарь
«  Сентябрь 2015  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930
Архив записей
Наша кнопка

наша кнопка


Ссылки











Рейтинг@Mail.ru Сделать бесплатный сайт с uCoz